Сегодня Philips — это в основном торговая марка, используемая другими производителями. От диодных ламп и телевизоров до утюгов, пылесосов и даже роботизированных газонокосилок: почти вся бытовая техника с логотипом компании собирается на фабриках в Китае и других странах, а голландский гигант получает лишь лицензионные платежи. Самостоятельно Philips выпускает лишь электробритвы и зубные щётки. Как легендарный бренд, завоевавший репутацию в эпоху инноваций, скатился до роли пассивного рантье?
Рождение империи ламп
Всё началось в 1891 году в крошечном Эйндховене на юге Нидерландов. Инженер Жерар Филипс и его отец Фридерик, фабрикант табака, открыли небольшую мастерскую по выпуску ламп накаливания — главного хай-тека конца XIX века. Первые годы были тяжёлыми: конкуренция с немецкими AEG и Siemens довела фирму до грани банкротства.
В 1895 году к делу подключился младший брат Жерара Антон — мастер продаж. Он сосредоточился на экспорте, объездив Европу. Ключевой прорыв — контракт на 50 тыс. ламп для Зимнего дворца в Санкт-Петербурге и ещё сотню тысяч за первую поездку в Россию в 1898 году, почти 10% годового производства. Соревнование братьев — один наращивал производство, другой сбыт — подстегнуло рост. Philips быстро перешёл на вольфрамовые нити, обеспечивая яркий свет.
Социальный работодатель и публичная компания
К началу 1910-х на фабрике работало свыше 2 тыс. человек — Philips стал крупнейшим работодателем Нидерландов. Компания строила жильё, школы, больницы и стадион для заводской команды PSV, будущего 26-кратного чемпиона страны. В 1912 году фирма вышла на Амстердамскую биржу, сохранив семейный контроль.
Первая мировая война, в которой Нидерланды оставались нейтральными, дала преимущество. Philips освоил производство водорода, стеклянных колб и картона — импортозамещение из Германии. Нейтралитет позволил захватить рынки, покинутые немцами, британцами и французами.
Научный прорыв: Natlab и диверсификация
Братья понимали: на лампах далеко не уйдёшь. В военные годы открыли физико-техническую лабораторию Natlab — полноценный НИИ по оптике, радиотехнике и материалам. В 1918 году здесь создали первую рентгеновскую трубку для медицины, выйдя за пределы освещения.
К 1920-м Philips пустил корни в Великобритании, США, Латинской Америке, Австралии, Бразилии и Китае. Антон Филипс стал сооснователем картеля Phoebus с Osram и General Electric: они ограничили срок службы ламп 1000 часами, несмотря на реальные 2500+, — первый задокументированный случай запланированного устаревания.
Эра радио и глобальная экспансия
На волне прибыли Philips ворвался в радио: с начала 1920-х выпускал радиолампы, в 1927-м — приёмники и даже коротковолновую станцию для колоний. К 1932 году, несмотря на Великую депрессию, продано миллион приёмников — лидерство в радиотехнике. Модель 930A (1931) с решёткой-динамиком (звёзды-лампы, волны-радио) сделала бренд узнаваемым.
Natlab генерировала сотни патентов ежегодно — ключевой актив. К концу 1930-х конвейеры выпускали газоразрядные лампы, авторадио, рентгеновское оборудование (включая стоматологическое), прототипы телевизоров и первую электробритву Philishave. Протекционизм не помешал: локальные фабрики маскировали импорт.
К 1939 году в Нидерландах работало 20 тыс. сотрудников, за рубежом — 26 тыс.; иностранный блок обогнал домашний.
Выживание во Второй мировой
Распределённая структура спасла компанию. Перед оккупацией Нидерландов в мае 1940-го центр перенесли на Кюрасао, руководство эвакуировали, капитал вывели в США. Голландские заводы работали на нацистов, зарубежные — на союзников. Philips пережил войну лучше конкурентов.
Война и разделение империи
Вторая мировая война не только разделила активы Philips, но и расколола семью основателей. Сын Антона Филипса Фриц остался управлять предприятиями в оккупированном Эйндховене. Он искусственно раздувал штат, нанимая евреев, чтобы защитить их от нацистского террора. Его список из 382 человек стал голландским эквивалентом списка Шиндлера. Сам Фриц попал в концлагерь, но выжил. Компания пережила бомбардировки союзников и разрушение, устроенное отступающими нацистами.
Послевоенный подъем
Восстановление прошло стремительно. К 1950 году в Philips работали 90 тыс. человек, к 1966-му — 225 тыс., а к середине 1970-х — 400 тыс. в более чем 50 странах. Ассортимент расширился: в 1949-м началось массовое производство телевизоров, в 1950-м — звукозаписывающий бизнес Philips Records, позже превратившийся в PolyGram, одного из мировых лидеров. Кульминацией стал 1963 год: дебют компакт-кассеты и портативного магнитофона EL300. Пластиковый картридж с магнитной лентой democratизировал запись звука.
Philips сделал стратегический ход, передав лицензию на формат бесплатно всем производителям. Компакт-кассета стала глобальным стандартом на два десятилетия.
Доминирование 1960–1970-х
Шестидесятые и семидесятые годы ассоциировались с Philips. Логотип с волнами и звездами символизировал европейский средний класс: телевизоры, радиоприемники, магнитофоны, электробритвы, кухонная техника, освещение — от галогенных до люминесцентных ламп. Компания осваивала транзисторы и микросхемы, а ее НИОКР наращивал патентный портфель. Однако проявлялся системный дефект: превосходство в лабораториях не компенсировалось слабым маркетингом и выбором продуктов.
Поражения в видеотехнике
В 1972 году Philips представил VCR N1500 — один из первых бытовых видеомагнитофонов. Проект провалился: высокая цена, малый объем записи (час видео). В конце 1970-х последовала Video 2000 совместно с Grundig: лучшее качество, двусторонние кассеты. Но запоздалость по сравнению с японскими V2000 и Betamax, завышенная цена и поддержка Голливудом VHS обрекли формат на нишевость.
Оптическое видео LaserVision (конец 1970-х) тоже не взлетело: отличное качество, но дорогие плееры и хрупкие диски ограничили аудиторию киноманами и учебными заведениями. Эти эксперименты подвели к компакт-диску.
Триумф компакт-диска
В конце 1970-х Philips и Sony объединились, избежав войны форматов. Первые CD-плееры появились в Японии в 1982-м, в Европе и США — в 1983-м. Компакт-диски вытеснили винил; Philips через PolyGram обеспечила контент. Внутренние разногласия тормозили: кассеты приносили прибыль, менеджеры боялись каннибализации. Компания инвестировала в Digital Compact Cassette (DCC, начало 1990-х), проигравший мини-дискам и CD-R.
Кризис конца 1980-х
К концу 1980-х Philips оставалась иконой европейской электроники снаружи, но внутри страдала от диверсификации, бюрократии и конкуренции с японцами. В 1990-м, к столетию, компания зафиксировала первый убыток за десятилетия — 2,5 млрд долларов при стабильной выручке.
Операция «Центурион»
Новый гендиректор Яан Тиммер запустил «Центурион» — радикальную реструктуризацию. Проданы компьютерное подразделение (японцам после неудач с IBM), оборонка (французам). Сокращения ударили по Европе и Северной Америке. К середине 1990-х прибыль вернулась, но рынок изменился: Samsung и LG нанесли удар, даже по Sony и Panasonic. Philips держался качеством, но уступал ценой.
Неудачи 1990-х
CD-i (начало 1990-х) — попытка создать мультимедийное устройство (CD-плеер + компьютер + консоль) — провалилась: высокая цена, мало контента. После 800 тыс. проданных единиц и 1 млрд долларов убытков проект свернули в 1996-м под натиском PlayStation. Мобильные телефоны тоже не удались: без платформы и экосистемы бизнес продали китайцам, оставив роялти.
DVD принес роялти через консорциум, но не спас экономику.
Двойная жизнь 2000-х и pivot в медицину
В 2000-х Philips балансировал между бытовой электроникой (телевизоры, DVD, Blu-ray, эксперименты с 21:9 и 3D) и ростом медицинского подразделения (ультразвук, кардиология, мониторинг). Ставка на здравоохранение определила будущее.
Штаб-квартиру перевели из Эйндховена в Амстердам. Масштабная распродажа: PolyGram (Stray Cats, BGS), чипы (NXP, лидер автомикросхем, вдвое дороже материнской Philips), ASML (из лабораторий Philips, капитализация в 16 раз выше). Аналогично с долей в TSMC — обмен на cash here and now стоил долгосрочных доходов.
Расставание с потребительской империей
В 1980-е годы Philips стал одним из ключевых инвесторов тайваньского гиганта TSMC — мирового лидера по производству чипов, обслуживающего Apple, Nvidia и автопром. Голландская компания владела 27,5% акций. Однако в 2000-х, нуждаясь в средствах на реструктуризацию, Philips продала свою долю с прибылью. Сегодня этот пакет оценивается в 350 млрд евро — сумму, превышающую в 16 раз рыночную капитализацию всей Philips (22 млрд евро).
С 2012 года компания последовательно избавлялась от некрофильных активов. Телевизионный бизнес выделили в совместное предприятие с TPV Technology: Philips сохранил роялти за бренд и миноритарную долю, которую продал в 2014-м. Аудиопродукцию передали японской Funai, производящей системы под маркой Philips. В 2016 году осветительный дивизион стал независимой компанией Signify (ранее Philips Lighting), вышедшей на Амстердамскую биржу; лампы продолжают выпускаться под лицензией Philips.
Финальный разрыв с бытовой техникой произошел в 2021 году: бизнес продан китайскому фонду Hillhouse Capital, образовавшему Versuni. Эта компания выпускает кофемашины, пылесосы и утюги под брендом Philips, выплачивая роялти. От былой империи потребительской электроники у Philips остались электробритвы, фотоэпиляторы, зубные щетки и продукция Avent для ухода за детьми, плюс основной блок профессионального медоборудования.
Фокус на здравоохранении
В современной больнице логотип Philips встречается не на телевизорах, а на аппаратах компьютерной томографии, магнитно-резонансных сканерах, ангиографах, мониторах кардиограмм и дыхания в реанимации, устройствах искусственной вентиляции легких и терминалах для удаленного мониторинга пациентов.
Однако переход не был безупречным. В 2021 году Philips отозвала миллионы аппаратов Respironics для терапии с постоянным положительным давлением в дыхательных путях (CPAP) из-за разложения пены, выделявшей токсины. Зафиксированы смертельные случаи; регуляторы США и Европы инициировали расследования. Компания избежала худшего, выплатив миллиардные штрафы и компенсации, но репутация надежного поставщика медтехники пострадала.
Финансовые последствия
Выручка Philips с начала 2010-х сократилась с 30 млрд евро в год вдвое. Прибыль колеблется около нуля, несмотря на реформы. Акции после ковидного пика упали на 80%, отражая реальное положение: по динамике капитализации за пять лет компания отстает от конкурентов в медтехнике (GE HealthCare, Siemens Healthineers, Medtronic). Рыночная стоимость Philips вдвое превышает оценку бренда, эксплуатация которого (роялти и патентные платежи) приносит 466 млн евро ежегодно — 2,5% выручки.
Уроки трансформации
С 2013 года из названия убрано "Electronics": Philips позиционирует себя как поставщика решений для здравоохранения. Трансформация началась полвека назад с ухода семейного менеджмента и приходом наемных руководителей. Гигантская структура разрослась в бюрократическую федерацию "маленьких королевств", где инновации уступили место презентациям и риску для карьеры.
Philips потеряла массового потребителя, но выжила, избежав участи Kodak или Nokia. Продав активы, компания исчерпала резервы: душа новатора ушла с долями в TSMC. Покупателям остались надежные бритвы и щетки — и на том спасибо.
Комментарии
Интересная история, но называть Philips пассивным рантье — это упрощение, они же доминируют в медтехнике с огромными маржами на КТ и МРТ! Лицензии от китайцев — просто вишенка на торте их стратегии
Соглашусь, конечно немного преувеличили для яркого заголовка, но в целом компания пошла к закату.
Не согласен с закатом, в медтехнике Philips рвёт всех с КТ и МРТ, это их основной драйвер роста сейчас
Ваше право 🙃
Отличный разбор трансформации Philips от пионера NatLab и CD к роялти-модели с упором на КТ-аппараты! Особенно зацепила сравнение Video 2000 с VHS и кризис «Центурион». Спасибо за такой техничный взгляд!
Спасибо! Скоро будет про VW Group
Спасибо за интересную статью с таким экскурсом. Мне кажется, что Apple в скором времени может ждать та же учесть. Они уже так сильно отстают, что возможно скоро это перейдет в категорию все потеряно.