А вот как: «Накануне летнего наступления Красной Армии в Белоруссии Сталин вызвал начальника Разведупра Кузнецова, начальника военной контрразведки СМЕРШ Абакумова, наркома госбезопасности Меркулова и меня. Сталин принял нас весьма холодно. Он упрекнул за непонимание реальностей войны, спросил, как, на наш взгляд, можно использовать «Монастырь» и другие радиоигры для оказания помощи нашей армии в наступательных операциях, и предложил расширить рамки радиоигр, отметив, что старые приемы не подходят к новой обстановке. Кузнецов предложил подбросить через «Гейне»‑«Макса» новую информацию о якобы планировавшемся наступлении на Украине».
Как видим, работой Гейне-Макса-Демьянова живо интересовался сам товарищ Сталин. Легко себе представить, что агентурные сообщения Демьянова получал и Гитлер. То есть товарищ Демьянов находился на самой вершине возможностей, доступных разведчику. Не удивительно, что Кузнецов предложил использовать столь маститого агента для стратегической дезинформации противника, ни на что менее масштабное растрачивать такие ресурсы для дезинформации вермахта было просто не целесообразно.
Однако что-то пошло не так: «Сталин вызвал генерала Штеменко, начальника оперативного управления Генштаба, и тот зачитал приказ, подготовленный еще до нашего разговора. В соответствии с приказом, мы должны были ввести немецкое командование в заблуждение, создав впечатление активных действий остатков немецких войск, попавших в окружение в ходе нашего наступления, в тылу Красной Армии. Замысел Сталина заключался в том, чтобы обманным путем заставить немцев использовать свои ресурсы на поддержку этих частей и «помочь» им сделать серьезную попытку прорвать окружение. Размах и смелость предполагавшейся операции произвели на нас большое впечатление. Я испытывал подъем и одновременно тревогу: новое задание выходило за рамки прежних радиоигр с целью дезинформации противника».
Лично на меня размах и смелость предполагавшейся операции произвели впечатление исключительно по причине их абсолютной ничтожности. Стоило ли выдавать немцам операцию «Марс» и ещё несколько неизвестных нам операций РККА, что бы потом просто создать фейковый партизанский отряд?
«19 августа 1944 года генеральный штаб немецких сухопутных войск получил посланное абвером сообщение «Макса» о том, что соединение под командованием подполковника Шерхорна численностью в 2500 человек блокировано Красной Армией в районе реки Березины. Так началась операция «Березина» – продолжение операции «Монастырь».
Операция «Монастырь», напомню, состояла в том, чтобы передавать абверу истинную информацию о планах наступления Красной Армии на второстепенных направлениях. Так, в рамках этой операции командованию вермахта были раскрыты замыслы советского военного командования по наступлению на Ржевско-Вяземском направлении, в результате чего операция «Марс» привела лишь к незначительным успехам, при этом купленным большими потерями.
«В действительности группы Шерхорна в тылу Красной Армии не существовало. В Белоруссию были отправлены бойцы и офицеры бригады особого назначения, вместе с ними прибыли немецкие антифашисты‑коминтерновцы. В игре также участвовали немецкие военнопленные, завербованные советской разведкой. Таким образом, было создано впечатление о наличии реальной немецкой группировки в тылу Красной Армии. Так с 19 августа 1944 года по 5 мая 1945 года мы провели самую, пожалуй, успешную радиоигру с немецким верховным командованием».
Простите, а в чём её успешность? А вот в чём:
«Гитлер произвел Шерхорна в полковники и наградил «Рыцарским крестом», а Гудериан отправил личное поздравление. Шерхорну приказали прорваться через линию фронта и продвигаться в Польшу, а затем в Восточную Пруссию. Шерхорн потребовал, чтобы ему для обеспечения этой операции парашютом были сброшены польские проводники, сотрудничавшие с немцами. Берлин согласился, и в результате мы захватили польских агентов немецкой разведки. Гитлер, со своей стороны, планировал послать начальника службы спецопераций и диверсий Скорцени и его группу, но от этого плана немцам пришлось отказаться из‑за ухудшения в апреле 1945 года военной ситуации на советско‑германском фронте».
Я, конечно, рад за Шерхорна, награжденного Рыцарским крестом, рад, что советская контрразведка захватила каких-то безымянных польских проводников, и вместе с Судоплатовым жалею, что в ловушку наших органов госбезопасности не попал сам Скорцени. Но неужели для радиоигры с абвером советская разведка не смогла найти более важного предмета? И почему товарищ Сталин отказался от предложения Кузнецова задействовать Демьянова хоть в чём-то, имеющем значение для судеб войны и нашей советской Родины?
Комментарии
"Но неужели для радиоигры с абвером советская разведка не смогла найти более важного предмета? И почему товарищ Сталин отказался от предложения Кузнецова задействовать Демьянова хоть в чём-то, имеющем значение для судеб войны и нашей советской Родины?" А почему вы решили, что для радиоигры не было более важных предметов и что Сталин отказался задействовать Демьянова в "чём-то, имеющем значение для судеб войны и нашей советской Родины"? Потому, что Судоплатов не описал это в своей книге? Да может он писал только о том, с чего был тогда снят гриф секретности, а по другим делам он помалкивал.
Ну, о том, что Гейне сдал абверу замысел операции "Марс", что повлекло большие потери, Судоплатов всё же написал. Хотя как раз об этом стоило бы помалкивать - ведь в результате этой "радио игры" погибло множество красноармейцев. И если уж написали об этой акции советской разведки, то что там было ещё секретить:)
Погуглил я про эту книгу Судоплатова, написана она в начале 90-х и сначала была издана на английском и немецком языках и только через пару лет на русском, что как бы намекает, для какой аудитории писалась эта книга. Из вики - по мнению бывшего начальника внешней разведки СССР Леонида Шебаршина, «книжка Судоплатова — хорошая, но она содержит много того, что может нанести ущерб нашей безопасности, — её писали американские журналисты». Так что воспринимать всерьёз её и делать какие-то выводы из неё я бы не стал.
Да, Вы правы. Темная история с этой книгой.
Зацепил вопрос, который автор ставит в середине разбора: радиоигра с абвером через «Макса» технически безупречна, но в стратегическом смысле использована для целей, не влияющих на ход войны. Согласен, что это слабое место всей операции - доверие немцев к источнику было высочайшим, и задействовать такой ресурс для «Березины» при отказе использовать его для более значимых целей выглядит неоптимально. За эту постановку вопроса спасибо: она отделяет восхищение мастерством радиоигры от оценки её реальной оперативной ценности
Спасибо, дружище! Рад, что мне удалось ухватить суть вопроса.
«И почему товарищ Сталин отказался от предложения Кузнецова задействовать Демьянова хоть в чём-то, имеющем значение для судеб войны и нашей советской Родины?» Ну, наверное, не шибко он доверял этом Максу. Да и вообще, мутная там история про "это не немцы остановили наши наступления - это так и было задумано", как мне кажется.