Формула скорости, что может быть проще? Путь разделить на время, и все тут. Но путь – это пространство. А вот что такое пространство и уж тем более что такое время? Неизвестно. И что мы в таком случае можем знать о скорости? Одного этого вопроса достаточно, чтобы всю современную фундаментальную науку обратить в прах.
Во времена Ньютона человечество почитало Бога и высоко не задавалось, во времена Эйнштейна наука отринула Бога и в своем самодовольстве ставила себя если не выше, то почти рядом с Ним. Считалось, что физические законы мира ясны и незыблемы. А физика как наука – завершена. Но вдруг все рухнуло. Из-за пелены очевидности показалась реальность. И не только физика, но и все естествознание оказалось не готовым ее принять.
И все же пространство–время Эйнштейна – это всего лишь очередная модель устройства очевидного мира. Она неплохо согласуется с очевидностью, позволяет делать некоторые вычисления, но ничего общего с реальностью не имеет. Эта модель столь же далека от реальности, как и пространство в модели мира Ньютона от реального пространства. Модель Эйнштейна это не новое качество – это развитие модели Ньютона, т.е. коррекция очевидных взглядов на мир, и не более того. Оба, и Ньютон, и Эйнштейн, моделируют очевидный мир и совершенно не касаются мира реального.
И хотя Ньютон допускал существование абсолютной системы отсчета в пространстве, а Эйнштейн, отрицал наличие такой системы, оба они рассматривали мир очевидный, а не мир реальный, они моделировали картинку на экране телевизора, а не принцип рисования этой картинки. Ньютон в своей модели очевидности был не менее прав, чем Эйнштейн.
Пространство Ньютона изотропное и заполнено объектами, существующими в абсолютном пространстве. Такое представление – высшая степень очевидности. Мы это видим очами. Так же как видим, что Солнце вращается вокруг Земли.
- Ньютон говорит: «Абсолютное пространство в силу своей природы, безотносительно к чему-либо внешнему, остается всегда одинаковым и неподвижным».
- Эйнштейн отрицает существование абсолютного пространства и рассматривает только относительность. Поэтому не следует противопоставлять Эйнштейна Ньютону, поскольку они говорят о разных вещах.
Гений Эйнштейна так и не смог вырваться из цепких лап очевидности. Он так и не смог понять, что относительное пространство – это процесс в абсолютности. Эйнштейн в своей модели пространство представляет искривленным, связанным со временем, относительным, но статичным. Он рассматривает только геометрию пространства, т.е. статику, но не динамику, как делал и Ньютон. И в этом их основное сходство.
Более того, Эйнштейн лукавит, отрицая наличие абсолютной системы отсчета в пространстве. В своей теории относительности он не может без нее обойтись. Рассматривая законы движения объектов с позиции двух наблюдателей, движущихся в пространстве относительно друг друга, он не может обойтись, чтобы не ввести третьего наблюдателя – абсолютного. Можно сказать, «Ньютоновского» наблюдателя. Этот наблюдатель присутствует неявно, в виде координатной кубической решетки пространства, в углах которой установлены синхронно идущие часы. Представление о существовании такой решетки часов в пространстве – это представление о существовании абсолютного времени, т.е. представление о существовании абсолютной системы отсчета .
· Без такого представления все выводы Эйнштейна немыслимы. Без сетки часов невозможно ввести понятие инвариантности интервала – краеугольного камня теории относительности.
· Без наличия абсолюта нельзя объяснить «парадокс» замедления времени для движущего объекта относительно покоящегося. Ибо сразу возникает вопрос: кто движется, а кто покоится? И ответить на этот вопрос, рассматривая только относительные системы отсчета, нельзя. Поэтому Эйнштейну следовало признать наличие абсолютной системы, тогда его теория только бы выиграла, выиграла в философском плане. Он же абсолютную систему отсчета вводит неявно, через мировую линию скорости света в пространстве, и все свои построения делает относительно нее.
· Само понятие «движение с ускорением» постулирует абсолютную систему отсчета, систему, относительно которой ускоряется объект, относительно которой действует сила инерции. Ньютон, понимая это, не мог не ввести такую систему и был прав.
Таким образом, Эйнштейн и Ньютон дополняют друг друга. Один рассматривает только абсолютность, другой только относительность.
Эйнштейну, столкнувшемуся с фактом постоянства скорости света, а этот факт уже был доказан экспериментально, ничего не оставалось делать, как заменить модель очевидного мира Ньютона, своей, тоже очевидной моделью.
· Постоянство скорости света означает, что, как бы быстро мы ни бежали с фонариком в руке, суммарная наша скорость и скорость света, испускаемого фонарем, никогда не превысит скорости света от фонаря, который покоится относительно нас. Во всяком случае этот факт доказан экспериментально.
Эйнштейн в поисках подходящей модели очевидного мира, где скорость света постоянна, был вынужден связать пространство и время, потому что скорость в классической физике это пространство, деленное на время.
Эйнштейн нашел гениальное решение этой проблемы, он стал время мерить метрами. Один метр времени – это время, за которое луч света проходит один метр пространства. Это позволило ему установить взаимосвязи между временем и пространством, позволило описать эти взаимосвязи математикой. Но такое решение не позволило понять реальную природу пространства и времени, не позволило понять процесс, который создает пространство и время, понять, почему скорость света постоянна и что такое скорость.
И все же некоторые реальные связи между временем и пространством были найдены. В очередной раз в истории науки «кусочек» реальности столкнулся с мировой очевидностью. Это столкновение вызвало бурю эмоций в научном мире. Непонимание и негодование – осадки и ветер этой бури.
Перемены – модель реальности
Кому нужна реальность, – спросит читатель, – если от нее только «осадки да ветер»?
Западная фундаментальная наука в своей методологии настаивает на невозможности теоретического использования неопределенных понятий. И в тоже время с легкостью оперирует понятиями, о которых не имеет ни малейшего представления. Забавно наблюдать серьезных людей, серьезно обсуждающих различные аспекты мироздания, когда они в своих рассуждениях используют такие понятия, как пространство, материя, гравитация, форма, время, разум, жизнь. Ведь никто из них не удосужился определить ни одного из этих понятий.
Итак…
Прежде чем говорить о реальности, еще раз подчеркну, что факт независимости скорости света от наблюдателя, подтвержденный экспериментально, доказывает наличие абсолютной системы отсчета в относительном мире. Но эта абсолютная система отсчета, опирается на скорость, а скорость – понятие динамическое и за нее невозможно «зацепиться» при рассмотрении геометрии пространства. Поэтому мы должны от очевидности перейти к реальности, от изучения картинки на экране телевизора, к рассмотрению принципов рисования этой картинки. Перейти от геометрии к тому, что рождает геометрию, – к переменам. Перейти от рассмотрения очевидных свойств формы к рассмотрению процесса ее создания. Ибо, по теории перемен, модель реальности – это не модель того, что мы воспринимаем, а модель того, что создает восприятие.
Прежде всего можно попытаться объяснить факт постоянства скорости света. Для этого просто следует отказаться от элементарной очевидности и предположить, что свет относительно пространства стоит на месте, тогда система отсчета, связанная с неподвижным лучом света, и будет абсолютной системой отсчета при рассмотрении геометрических свойств очевидного пространства. Такое представление, по сути, очень верно. Оно великолепно объясняет эффект постоянства скорости света. Из такого представления следует, что как бы мы ни бегали вокруг стоящего на месте предмета, он останется неподвижным. У неподвижного предмета нет скорости, меняться нечему.
· Но такое, истинное, положение дел ломает всю физическую картину мироздания, выстроенную на протяжении существования западной науки. Человек не хочет отказываться от своих достижений, и даже в случаях явной своей неправоты он настаивает на ней. Как настаивал на том, что Солнце вращается вокруг Земли.
Более нелогичного заключения, чем заключение о постоянстве скорости, сделать невозможно. Нельзя динамике приписать статику, скорости приписать постоянство. Скорость или есть – и тогда она может изменяться, по определению, или скорости нет – и тогда меняться нечему.
· Из экспериментов, связанных с определением скорости света, следовало сделать только один логичный вывод: у света нет скорости. И не «пудрить» мозги обывателю термином «постоянство скорости». Галилей в свое время смог сделать весьма неочевидный вывод о том, что Солнце стоит на месте. Эйнштейну не хватило мудрости понять, что свет тоже стоит на месте.
В реальности нет очевидных фундаментальных понятий, таких, как время и пространство. Поэтому нет и очевидного понятия скорости. В реальности есть только перемены и циклы перемен. И именно поэтому абсолютная система отсчета реального мира – динамическая. Реальность, вообще, не предполагает статики. В реальности абсолютная статика подменена циклом. В паре «постоянство–перемены» цикл играет роль постоянства. Это очень важно понять. Это краеугольный камень теории перемен. Это теорема СРТ квантовой физики, которая и говорит о постоянстве.
Очевидность пространства создается переменами, а очевидность времени, количеством их циклов. Цикл отвечает за постоянство, а следовательно, за время. За один цикл рождается один квант времени и один квант пространства. И если наблюдатель не имеет возможности фиксировать иных циклов, кроме своего собственного, то собственная реальная скорость наблюдателя всегда равна единице. Это следует из классической формулы скорости очевидного мира, где скорость определена как путь, деленный на время.
· Допустим, наш наблюдатель в машине (без спидометра и часов) по треку описывает круги. Для него каждый пройденный круг – это его собственный квант пути и собственный квант времени. Он не может узнать ни очевидной скорости, ни очевидного времени. Но он может фиксировать завершение круга в момент пересечения линии старта. В этот момент он фиксирует и пройденное им расстояние, равное единице (одному кругу), и время, равное единице, одному событию. Таким образом, его собственная реальная скорость всегда равна единице, независимо от того, нажимает он на педаль акселератора или нет.
· Но как только на треке появится еще одна машина, которая будет за квант первой машины, создавать несколько своих квантов (проезжать несколько кругов, пока первая машина проходит один), то первый наблюдатель получит возможность фиксировать свою очевидную скорость. Ее он сможет вычислить количеством встреч с другой машиной в течение своего круга. Чем больше будет таких встреч, тем меньше его очевидная скорость (при условии, что обе машины движутся по треку в одну и ту же сторону).
Теперь, если вернутся к теории относительности и западному пониманию скорости, можно видеть, что мировая линия света в пространстве Эйнштейна – это собственная скорость света, потому что она привязана к координатам кванта пространства и кванта времени для скорости света. В реальности все собственные скорости равны единице, и их мировые линии совпадают (см. рис. 10).
Рис. 10. Сходство и различие модели Эйнштейна и модели перемен
Таким образом:
· Очевидная скорость может быть только относительной. Собственная скорость всегда равна единице. Поэтому собственную скорость сознание фиксировать не может. У собственной скорости нет перемен.
· Следовательно, очевидный мир может быть только относительным.
В модели с двумя машинами на треке первая машина – это любой объект очевидного мира, вторая машина – это машина, идущая со скоростью света. В реальности скорость света – это частота цикла перемен, создающего кванты света или любого другого излучения. Эта частота равна частоте цикла перемен, создающего пространство.
Чем быстрее мы «движемся» по треку перемен пространства, тем больше создаем собственных квантов пространства. Увеличение очевидной скорости, неизбежно приводит к увеличению очевидного пространства, поэтому вырваться за пределы пространства мы не можем, в этом смысле, пространство «бесконечно». Но с увеличением собственной скорости по треку нас все реже обгоняет свет, и мы все меньше фиксируем относительных перемен. Наше время замедляется. Таким образом, то, что в очевидном мире мы воспринимаем как время, в реальном мире есть соотношение частот собственных циклов перемен и циклов перемен скорости света (пространства).
Реализуя очевидное движение в пространстве, мы изменяем частоту перемен собственных циклов. Но, увеличивая собственную частоту перемен, мы замедляем относительные перемены.
Представив трек и две машины, «производящие пространство и время», даже домохозяйка поймет, как происходит замедление времени и почему нельзя вырваться за пределы пространства.
· На треке очевидного пространства нет ни одной «машины», которая могла бы «производить» большее количество квантов пространства, кроме «машины» идущей со скоростью света. Но это не значит, что на других треках реального мира подобных машин не существует. В реальном мире частота циклов перемен не ограничена частотой циклов света. Во всяком случае, теория перемен, в отличие от Эйнштейна, этого не запрещает.
Модель перемен, не только показывает связи между пространством и временем, но и раскрывает природу того и другого, она не имеет неопределенных понятий. К тому же она не противоречит некоторым очевидным выводам Эйнштейна, она их включает в себя. Она легко может быть описана математикой.
Путь, пройденный объектом в очевидном мире, равен количеству собственных квантов пространства, созданных в результате цикла перемен в реальном мире. Но, создавая путь объекту, цикл его перемен создает и время для этого объекта.
· Время, затраченное объектом на прохождение пути в реальном мире, равно количеству относительных квантов перемен, т.е. отношению разности частот скорости света и собственной частоты объекта к частоте скорости света. Из такого отношения можно заметить, что реальное время не имеет размерности, и это очень важно. Время – это просто количество относительных циклов. В реальном мире время не несет физической нагрузки, время это «побочный» продукт существования формы. Время как протяженность фиксирует только наше сознание, считая циклы.
В реальном мире сознание является неотъемлемой его частью, но я специально стараюсь не касаться этого вопроса и, упрощая модель, вывожу сознание за ее рамки, чтобы окончательно не запутать читателя. Сознанию следует посвятить отдельную главу.
Теперь, зная, как определить путь и время в реальном мире, можно вычислить реальную скорость. В реальном мире формула скорости – это формула связи перемен, «создающих» пространство, и перемен, «создающих» время.
Таким образом, используя теорию перемен, мы можем вывести все формулы теории относительности, причем такой вывод абсолютно корректен с позиции западной фундаментальной науки. Кроме того, мы можем получить ряд формул, с которыми западная фундаментальная наука пока еще не знакома.
А вот то, что стоит за формулами, следует особо подчеркнуть.
- Первое: в реальности скорость равна обратной величине времени. Впрочем, этот факт не вызывает особого сомнения и в очевидном мире. Но следующие утверждения, что реальное пространство равно квадрату скорости, а энергия равна квадрату пространства, требуют пояснения.
Все эти утверждения могут быть выведены из модели теории перемен простейшей математикой. Примерно так:
- Разность двух скоростей – это пространство. Дельта скорости равна дельте времени деленной на произведение времени первой и второй скоростей, что следует из формулы скорости. Если это уравнение разделить на дельту времени и устремить эту дельту к нулю, то в левой части уравнения получим выражение для пространства, а в правой части его значение: единица деленная на время в квадрате. Что и требовалось доказать.
Чем проще математика, тем яснее картина мироздания. Я не устану восхищаться прозорливостью Резерфорда, который интуитивно не воспринимал «сложных» физических теорий.
Для доказательства того, что энергия равна квадрату пространства, нам необходимо понимание массы. Ниже мы это рассмотрим и увидим, что масса – это пространство, построенное из "скорости" с отрицательным временем. Физика пространства и физика материи одинакова и отличается только знаком. Но пространство и материя никогда не могут встретиться, ибо они не существуют одновременно.
P.S. Для тех, кто хочет подробнее познакомиться с переменами, даю ссылку:
https://disk.yandex.ru/i/ISNKhS5JCMPkdg - здесь можно скачать небольшую книгу, порядка 100 страниц. Причём скачать безвозмездно, т.е. даром.