Генерал Киберкомандования смотрит на экран, где в реальном времени пульсируют узлы глобальной сети. На его столе лежит планшет с единственным ползунком и кнопкой. Операция носит кодовое название «Иерихон». Цель - не разрушить, а парализовать.
- Цель достигнута. Санкционные списки синхронизированы с аппаратными идентификаторами. Микрокоды загружены в «спящие» сектора, — докладывает оператор. — Ждем вашей команды, сэр.
Генерал не колеблется. Геополитическая обстановка достигла точки кипения. Дипломатия мертва. Он вводит шестизначный код и нажимает кнопку.
Москва. 11:00. «День Тишины».
В России полдень. Миллионы людей сидят в офисах, едут в метро, летят в самолетах, лежат на операционных столах.
В 11:00:00 по московскому времени происходит не взрыв. Происходит тишина.
Сначала гаснут экраны. Но это не просто отключение питания. Смартфоны, ноутбуки, серверные стойки не просто выключаются, их материнские платы получают через скрытые микроконтроллеры (Intel ME, AMD PSP) команду на изменение напряжения. Раздаются тихие хлопки. Это выгорают транзисторы. Устройства превращаются в куски пластика и кремния. «Кирпичи».
В воздухе находятся тысячи бортов. Современные лайнеры (и российские, и иностранные), чьи системы управления (FADEC) и навигации завязаны на иностранные микропроцессоры и проприетарный софт, мгновенно теряют цифровую обвязку. Автопилоты отключаются. Двигатели, получив некорректные сигналы от «умерших» контроллеров, уходят в аварийный останов или режим факела. Небо над Россией начинает чернеть от падающих точек.
На земле системы управления железнодорожным движением (SCADA), работающие на базах данных Oracle и ОС Windows, получают команду на стирание загрузочных секторов. Поезда теряют связь с диспетчерами и экстренно тормозят. Сотни составов с нефтью, химикатами и людьми застывают на путях.
11:05. Энергетический коллапс.
Умные сети (Smart Grid), балансирующие нагрузки на электростанциях, слепнут. Серверы, управляющие турбинами, отключаются. Системы охлаждения атомных и тепловых станций, зависящие от иностранных контроллеров, переходят в аварийный режим и глушат реакторы. Россия погружается в полную темноту. Без электричества останавливаются насосные станции. Вода в кранах исчезает в течение двух часов.
11:15. Армейский паралич.
В Генеральном штабе гаснут мониторы карт. Связь с войсками исчезает. Современные танки (Т-90М, Т-14), БМП и истребители (Су-35С, Су-57), начиненные тысячами иностранных чипов, микроконтроллеров и работающие на сложном программном обеспечении, не могут даже завести двигатели. Их электронные блоки управления (ЭБУ) получили команду на блокировку. Армия, которая считалась одной из самых мощных в мире, за пять минут становится толпой солдат, сидящих в темных казармах с неработающими рациями. Они слепы, глухи и немы. Радары ПВО показывают лишь белый шум, их процессоры физически выжжены «спящим кодом».
12:00. Социальный шок.
Население выбегает на улицы. Наличных денег нет - банки обнулили счета, серверы ЦБД мертвы. Карты «Мир» и Visa/MC теперь просто куски пластика. Люди пытаются позвонить близким, но базовые станции сотовой связи (Ericsson, Nokia, Huawei) зависли в циклической перезагрузке. Интернет исчез. Наступает информационный вакуум, который мгновенно заполняется паникой.
День 2. Вторжение.
США и страны НАТО не начинают ядерную войну. В ней нет смысла, если противник уже повержен. Начинается операция по зачистке и оккупации.
Иностранные войска используют технику, работающую на полностью изолированных, аналоговых или жестко экранированных суверенных системах, которые не поддались «Протоколу Иерихон».
Транспортные самолеты С-17 и С-5 без сопротивления садятся на темные взлетно-посадочные полосы Шереметьево, Пулково, Домодедово. Морская пехота США выгружается в портах, где краны и погрузочная техника стоят обездвиженными.
Сопротивление? Его практически нет. Российские солдаты, отрезанные от командования, не понимающие, что происходит, видят, как их современная техника не заводится, а связь не работает. Оружие с электронными прицелами и системой «свой-чужой» превращается в хлам. Офицеры пытаются отдать приказы, но их приказы некому передать.
Колонны бронетехники НАТО движутся по трассам «М-1» и «М-7». Они не ведут боев. Они просто занимают ключевые узлы: правительственные здания, телецентры, военные базы, перекрестки. Это оккупация в замедленной съемке. Страна, обладающая огромным ядерным арсеналом (который, к счастью, управляется полностью изолированной, «закрытой» аналоговой автоматикой и поэтому не сработал автоматически), оказывается захвачена за 72 часа.
День 7. Новая реальность.
На улицах Москвы, Санкт-Петербурга и других городов стоят иностранные патрули. Они раздают листовки на бумаге - единственном работающем носителе информации.
Люди сидят в холодных квартирах. Еда в холодильниках (которые тоже «умерли») портится. В больницах, где аппараты ИВЛ и диализа зависли, царит тишина. Государства как единого управляемого механизма больше не существует. Его нервная система была выжжена изнутри, с помощью технологий, которые оно само же и купило, и которые само же и внедрило в свою жизнь.
Офицер оккупационных сил стоит на крыше одного из московских небоскребов, глядя на темный, неосвещенный город. В его руках работает защищенный спутниковый терминал. Он связывается с Пентагоном.
— Цель достигнута. Инфраструктура нейтрализована. Сопротивление отсутствует. Мы контролируем территорию.
====================================
Этот вымышленный сценарий страшен не своей жестокостью, а своей технической обоснованностью. Все описанное возможно не потому, что у врага есть какое-то магическое оружие, а потому, что мы сами, в погоне за удобством, скоростью и глобальной интеграцией, добровольно отдали ключи от своего дома.
Каждый иностранный процессор, каждая проприетарная операционная система, каждый зарубежный сервер в контуре критической инфраструктуры - это потенциальная «кнопка», которая в критический момент может быть нажата не нами.
Именно поэтому создание собственных, суверенных операционных систем, собственных процессоров с верифицированным микрокодом, собственных сетей и протоколов - это не вопрос амбиций или изоляции. Это вопрос базового инстинкта самосохранения нации.
Технологический суверенитет - это единственная броня, которая не позволит превратить вашу страну в гигантский, парализованный музей, ожидающий, пока по его темным коридорам пойдут чужаки. Иначе «День Тишины» может стать не просто страшной сказкой, а последней датой в истории России. И никакой "SHAMAN" со своими песенками тут не поможет.
О безопасности
Сегодня, говоря о безопасности операционных систем, мы чаще всего обсуждаем уязвимости нулевого дня, фишинг или защиту от вирусов. Однако за этими рутинными заботами скрывается экзистенциальная угроза, о которой редко говорят в открытую. Факт, от которого невозможно уйти, заключается в следующем: фундамент всей нашей цифровой жизни, экономики и государственного управления базируется на иностранных операционных системах и платформах.
Мы живем в иллюзии, что устройства в наших руках и серверы в наших дата-центрах принадлежат нам. На деле же мы лишь арендаторы, которые пользуются чужой инфраструктурой на условиях, которые в любой момент могут быть изменены в одностороннем порядке.
Инвентаризация зависимости: На чем мы работаем
Чтобы осознать масштаб угрозы, необходимо составить полный список не российских операционных систем и систем управления, которые россияне и российские организации используют ежедневно.
Базовый список иностранных ОС и платформ, используемых в РФ:
Особый список: Американские системы (подпадающие под юрисдикцию США).
Именно эти системы представляют собой главный фактор риска, так как их разработчики подчиняются законам США, включая акты об экспортном контроле и чрезвычайном положении.
Пролог апокалипсиса: «Бескровный» удар, который уже произошел
Многие считают, что отключение систем - это сценарий из фантастики. Но прецедент уже создан. В связи с санкциями США и Европы, корпорации Apple и Google просто взяли и «убрали» из своих магазинов приложений (App Store и Google Play) распространение части российских программ (не буду перечислять, все их и так знают).
Никто не взламывал серверы, никто не физически не уничтожал оборудование. Разработчики просто нажали кнопку, и целые экосистемы российских сервисов (от банковских приложений до государственных услуг) исчезли для пользователей. США продемонстрировали возможность дистанционного и бесшовного отчуждения. Это ничем не навредило информационной структуре России, но нанесло колоссальный репутационный и экономический ущерб. Этот факт должен заставить задуматься: что будет, если следующим шагом станет не просто удаление дистрибутивов приложений, а а отключение самих устройств?
Геополитический триггер: Что будет в случае реального конфликта?
Представим худший сценарий: не просто экономическое противостояние, а реальный военный конфликт между Россией и странами НАТО (Европой), в который США, как гарант альянса, будут вовлечены напрямую.
В этот момент вступает в силу не международное право, а внутреннее законодательство США (например, Defense Production Act и законы о чрезвычайных ситуациях). Американские власти получат законное право потребовать от любых IT-корпораций выполнить любые действия в интересах национальной безопасности. Отказ будет приравнен к государственной измене.
Что именно и как компании могут сделать по указанию властей США?
1. Клиентские системы: Windows, iOS, macOS, Android
2. Серверные системы и инфраструктура: RHEL, CentOS, AlmaLinux, Rocky
3. Встраиваемые системы (Embedded) и Интернет вещей (IoT)
Это самый страшный и недооцененный фронт.
Аппаратный уровень: «Спящий код» и самоубийство процессоров
Мы часто забываем, что операционная система - это лишь надстройка. Фундамент - это «железо» и его микрокод.
В процессорах (Intel, AMD) существуют закрытые подсистемы, такие как Intel Management Engine (ME) или AMD Platform Security Processor (PSP). Это отдельные микрокомпьютеры внутри самого чипа, которые имеют полный доступ к памяти, сети и шинам данных, и работают даже тогда, когда компьютер «выключен» (но подключен к питанию).
Что произойдет, если по указанию властей США компания Intel выпустит «экстренное» обновление микрокода (или если оно уже зашито «спящим» участком кода, активируемым по специальному сигналу через сеть или BIOS)? Теоретически, передача управления на эти скрытые участки может привести к «самоубийству процессора». Злоумышленник (или центр управления) может изменить напряжения на ядрах, отключить системы термозащиты или изменить частоты так, что кремниевый кристалл физически выгорит за доли секунды. Материнские платы, контроллеры памяти и сетевые карты также содержат проприетарные прошивки, которые могут быть использованы для физического уничтожения оборудования. В этом случае «лечение» потребует не переустановки Windows, а физической замены миллионов чипов.
Картина тотального краха: Что ждет Россию в случае «Удаленного Выключения»
Если представить, что в один день (День «Х») все эти системы будут дистанционно отключены, а данные на них уничтожены (через стирание загрузочных секторов или шифрование с удалением ключей), картина будет напоминать конец света.
Час 0: Мобильные сети и интернет в привычном виде коллапсируют. Маршрутизаторы Cisco и коммутаторы на иностранной прошивке уходят в циклическую перезагрузку. Серверы на RHEL/Windows Server блокируются или теряют связь с корневыми DNS.
День 1:
День 3:
Неделя 2: Города погружаются в хаос. Нет воды (насосные станции стоят), нет тепла (котельные управляются автоматикой, которая не запускается), нет связи. Государство оказывается слепым, глухим и парализованным. Армия и силовые структуры, чья логистика и связь частично зависят от коммерческой инфраструктуры, теряют управляемость.
Эпилог: Цена иллюзий и императив суверенитета
Описанный сценарий может показаться паранойей, но в мире геополитики паранойя - это просто продуманная стратегия выживания.
Именно во избежание подобного тотального краха, именно для того, чтобы ни одна кнопка в Вашингтоне или Брюсселе не могла парализовать жизнь в Москве, Владивостоке или Новосибирске, России критически необходимы свои, суверенные системы.
Нам нужны собственные операционные системы (такие как «Альт», «Астра», «Ред ОС»), управление которыми находится исключительно в руках России. Нам нужны свои процессоры (несущие в себе открытый или полностью верифицированный отечественный микрокод), свои системы виртуализации, свои СУБД и свои протоколы связи.
Технологический суверенитет - это не вопрос импортозамещения ради галочки в отчете. Это вопрос физического выживания нации. Пока мы пользуемся чужими «кирпичиками» для строительства своего дома, мы всегда должны помнить: у того, кто делал эти кирпичики, всегда есть пульт, который может превратить их в пыль. И единственная гарантия того, что этот пульт не будет нажат - это создание собственной, полностью независимой цифровой реальности.
Комментарии
и вернется логарифмическая линейка с конторскими счетами
«собственные операционные системы (такие как «Альт», «Астра», «Ред ОС»), управление которыми находится исключительно в руках России» и тут в Управлении (понятно каком) тоже нажимает кнопку "казачок засланый"
Как только у системы Периметр пропадает связь с КП она автоматом отдает команду на ядерный удар по США. Система запитана от древнего дизельного генератора, запускающегося автоматически при пропадании питания из сети, в котором нет ни единого чипа, и который может вывести из строя только прямое попадание ядерной бомбы. Еще в 1975 году у меня в части стояли новенькие дизель-генераторы с автоматикой - заправленные топливом, маслом и всем чем надо. Все пиндосы знают об этой системе, а посему сценарий приведет только к их неминуемой гибели.
«В процессорах (Intel, AMD) существуют закрытые подсистемы, такие как Intel Management Engine (ME) или AMD Platform Security Processor (PSP).» 1) Не в процессорах, а в микросхемах мостов. 2) Не во всех -- в Н5 нету (потому их не списывают), а в правильно построенных сборках линукса и BSD (например, с незадействованым интегрированным портом Ethernet) они недоступны. 3) В китайских RISCах и наших "Байкалах" и "Эльбрусах" штатникам не подконтрольно ничего.